Приставы понесут ответственность за утраченное имущество в ходе дела о взыскании долга

11 декабря Коллегия по экономическим спорам (КЭС) Верховного суда рассмотрела иск банка «Монетный дом» к службе судебных приставов. Банк требует возместить ущерб в размере 480 тыс. рублей. Такова стоимость грузового тягача, который заложил должник банка. Спецтранспорт был арестован и передан приставам на ответственное хранение в 2010 году. Прошло три года, но банк так и не увидел денег от реализации тягача, поэтому обратился в суд, чтобы взыскать убытки.

Только после обращения банка в суд пристав вынес постановление о розыске счетов должника. К концу 2013 года открылось, что должник в розыске, а тягач – числится в угоне.
Три инстанции арбитражных судов сочли, что у банка нет оснований для взыскания убытков с приставов, пояснив это тем, что:

• пристав принял необходимые меры по исполнению решения на момент рассмотрения спора;
• истец не доказал возникновения у него реальных убытков в связи с неисполнением приставом обязанностей;
• исполнительное производство о взыскании долга в пользу банка не было прекращено, а значит - возможность погашения долга не была утрачена.

Банк с решением арбитража не согласился и направил жалобу в ВС, который взялся за рассмотрение дела. Позиция ВС по делу такова: у приставов не было реальных препятствий к исполнению судебного акта в срок, характер их действий носил «имитационный», также имела место попытка ухода от ответственности за утрату залогового имущества. КЭС также сочла, что не имеет значения и то, что исполнительное производство не прекращено.

Ведь именно приставы должны доказать наличие других источников исполнения судебного акта. Кстати, у должника не может быть изъято имущество, превышающее сумму долга, напомнил суд.  Итоговое определение было опубликовано 13 декабря. В документе КЭС сделала вывод, что для взыскания убытков в размере стоимости утраченного заложенного имущества после его ареста и изъятия приставом требуется доказать лишь факт утраты.

Дополнительных доказательств невозможности исполнения судебного акта при этом не требуется. Взыскатель «не обязан подтверждать причинно-следственную связь между действиями пристава и утратой имущества должника», даже если это произошло по вине третьих лиц.  Кроме того, коллегия направила дело на новое рассмотрение из-за того, что хранитель автомобиля являлся сотрудником банка.